Не забывается такое никогда

Годы идут. Все меньше остается людей, кому суждено было пережить страшное время оккупации. И потому так важны нам сегодня воспоминания очевидцев военных событий: мы должны знать, как это было. Что чувствовали дети, когда в любую минуту может начаться бомбежка, дотла сгореть твой дом, а пуля оборвать твою жизнь? Такую хрупкую и совсем еще маленькую.

Когда война своим смертоносным огнем обрушилась на Зверево, Любови Васильевне Гетманской (Цененко) было всего 4 года. Но в детскую память врезались и навсегда остались страшные эпизоды той военной жизни. Такое не забывается.

Любовь Гетманская

Изрытая окопами улица Колхозная (ныне Чапаева), где жила семья Любы, — окраина поселка Зверево. Огород, упирающийся в окоп. Во дворе у соседей — сарай с военным обмундированием, много военных и совсем молодых девчонок в форме. Они часто маршируют, а по вечерам красиво поют песни.

И вдруг — рев самолетов, шум, грохот, разрывы бомб, огонь пожаров. За первой бомбардировкой последовали другие, а страх надолго поселился в душе маленькой девочки.

Военные из соседнего двора исчезли. А у семьи Большенко, жившей через два дома — большое горе. Бомба угодила в сарай, он загорелся, на всю улицу слышен рев коров. И взрослые, и дети таскают ведра с водой и поливают крыши соседних домов — они были из соломы или камыша и загорались мгновенно. Разве это можно забыть?

Ближе к ночи бабушка выносила вещи в огород, забирала Любу и вместе со старшим братом отводила в балку — там, в блиндажах, и ночевали. А мама с младшим братиком — он родился накануне оккупации — оставалась дома. И однажды случилась беда. Eсли раньше бомбы обычно падали в огород, то во время очередной бомбардировки снаряд угодил в дом. Оглушенная мама еле выбралась из-под руин, долго искала Василька: он не подавал признаков жизни. Но, к счастью, его нашли живым.

Но беда не заставила себя долго ждать. В поле за окопами, усеянном воронками после бомбежки, пасли скот. Заметив приближающиеся самолеты, ныряли в эти воронки. А животные оставались мишенью для фашистов. В конце концов кормилицу — корову ранило осколком, а теленка убило.

Потом в Зверево пришли фашисты. Дома уже не было, поэтому «непрошеных квартирантов» семье Цененко удалось избежать. Но из рассказов бабушки Люба знала, что фрицы заходили к ним, чтобы поживиться тем, что осталось. Залезали в курятник, кричали: «Матка, млеко, яйки!». Однажды сильно ударили бабушку, она упала.

Всех труднее, конечно, было маме Варваре. Eй надо было чем-то кормить троих детей. Она часто ходила в поле, косила сено, нагружала тележку и впрягала в нее корову. Сено продавала или обменивала на продукты. А еще собирали в поле колоски, кукурузу, из которой варили кашу, пекли оладьи. Ну и огород, конечно, выручал. Так и выжили. Маме было всего 29 лет. Отец в начале войны ушел добровольцем на фронт. Семья до сих пор точно не знает, где он похоронен.

Но это уже другая история, о ней мы расскажем позже.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *