Международная группа ученых впервые количественно подтвердила ранее высказывавшиеся гипотезы о внешнем сходстве между древними системами письма Эфиопии и Кавказа. Результаты исследования, опубликованные в журнале Digital Scholarship in the Humanities, проливают новый свет на возможные исторические культурные контакты.

Специалисты использовали нейросеть, обученную на более чем 28 тысячах изображений символов классического эфиопского письма геэз IV–V веков. Модель анализировала не просто форму знаков, а их устойчивые геометрические свойства, что позволило распознавать символы даже после поворота, отражения или изменения масштаба. Затем обученную систему применили для сравнения с армянским, грузинским и кавказско-албанским алфавитами, добавив для контроля латиницу и протогеэз — предшественника эфиопской письменности. Для оценки сходства использовались математические метрики: косинусное расстояние и взаимная информация.

Как и ожидалось, наибольшее сходство с геэзом показал его прямой предшественник, протогеэз. Следом с минимальным отрывом оказалось армянское письмо. Среднее косинусное расстояние между эфиопскими и армянскими символами составило всего 0,077 при максимально возможном значении 1. Взаимная информация достигла 0,74 бита, что указывает на высокую структурную близость. Грузинское письмо в древней форме асомтаврули и кавказско-албанский алфавит также продемонстрировали значительное, хотя и менее выраженное сходство. Нейросеть выявила соответствия, неочевидные при визуальном сравнении, например, совпадение некоторых символов только после их поворота или зеркального отражения.

Важно отметить, что исследование выявило именно внешнее графическое сходство, а не заимствование письменности как системы. Эфиопское письмо геэз является слоговым и насчитывает сотни символов, в то время как созданный Месропом Маштоцем в начале V века армянский алфавит — буквенный и изначально состоял из 36 знаков. Ряд ученых полагают, что переход Эфиопии к слоговой системе мог произойти под влиянием индийской письменности, а до IV века там использовался южноаравийский алфавит, восходящий к протоханаанейскому. Таким образом, армянский алфавит мог заимствовать лишь отдельные графические элементы, что отмечали еще советские исследователи, включая востоковеда Дмитрия Ольдерогге и армянского ученого Геворга Севака. Косвенным свидетельством поиска начертаний является и житие Маштоца, где упоминается его путешествие по монастырям Ближнего Востока.

Полученные данные косвенно подтверждают, что именно армянский алфавит, созданный первым в регионе, мог стать графическим источником для других кавказских письменностей. Близость армянского начертания к эфиопскому, по сравнению с грузинским и кавказско-албанским, указывает на его первоначальную роль в распространении графической модели в Закавказье.

Поделиться ссылкой: