— «Когда двенадцатилетняя девочка оказывается в родзале, первый вопрос — не медицина, а следствие», — говорит сотрудник перинатального центра, не скрывая тяжёлого удивления. И в этих словах суть: медицинская помощь здесь — лишь верхний айсберга, под которым скрывается то, что требует вмешательства уже не врачей, а следствия.

Что произошло
В августе Ростовский перинатальный центр принял роды у девочки двенадцати лет. Главврач медучреждения Максим Уманский подтвердил факт, добавив, что информация о пациентке тут же была передана в правоохранительные органы. Роды прошли благополучно, новорождённый выжил — на этом медицинская часть истории заканчивается и начинается другая, куда более тревожная.

Почему следствие ведут в другом регионе
Дело передано в органы Запорожской области — это означает, что обстоятельства, приведшие ребёнка в родзал, связаны не с Ростовом, а с тем местом, где девочка проживала или где произошли события, вызвавшие беременность. Речь идёт о возможном преступлении против несовершеннолетней, и именно поэтому расследование разворачивается там, где нужно искать его истоки. Конкретных деталей пока нет — ни поле ребёнка, ни обстоятельства зачатия официально не раскрываются.

Что будет с малышом
Новорождённого передадут в кровную семью — то есть биологическим родственникам. Опека приняла такое решение, и это стандартная практика: когда мать несовершеннолетняя, ребёнка стараются не отдавать в чужие руки, а помещать в семью, где есть родственная связь. Воспитываться он будет там. Но за этой сухой формулировкой стоит вопрос, который остаётся открытым — в какой именно среде малыш окажется и что за этим последует.

Поделиться ссылкой: